Лето 2026 года выдалось для Дональда Трампа насыщенным — и это мягко сказано. Второй президентский срок, который он начал в январе 2025-го после победы над Камалой Харрис, к середине 2026-го превратился в непрерывный марафон: судебные разбирательства, которые никак не хотят окончательно закрыться, внешнеполитические манёвры, вызывающие споры по обе стороны Атлантики, и внутренние решения, которые одни называют смелыми, другие — разрушительными. Июль 2026-го — это примерно середина второго срока, момент, когда становится понятно, каким этот срок войдёт в историю.

Следить за Трампом сложно не потому, что он скучен. Как раз наоборот — событий слишком много, они накладываются друг на друга, и разобраться, что сейчас действительно важно, а что просто шум, непросто. Именно поэтому стоит разложить всё по полочкам: судебные дела, внутренняя политика, международная повестка и то, что ждёт впереди.

Судебные дела: что закрыли, что тянется, что неожиданно ожило

Когда Трамп вернулся в Белый дом, многие ожидали, что юридические проблемы просто испарятся. Отчасти так и произошло — но не полностью. Картина к июлю 2026 года выглядит неоднозначно.

Федеральные дела, которые вёл специальный прокурор Джек Смит, были прекращены ещё в конце 2024 года — сразу после победы Трампа на выборах. Министерство юстиции следовало давней политике: действующего президента не преследуют в уголовном порядке. Оба дела — о секретных документах и о попытке отменить результаты выборов 2020 года — были официально закрыты. Это не означало, что Трамп был признан невиновным. Это означало, что преследование приостановлено на время президентства.

Дело в штате Джорджия — отдельная история. Оно находится под юрисдикцией штата, а не федерального правительства, и президентский иммунитет здесь работает иначе. К июлю 2026 года это дело всё ещё формально существует, хотя его судьба остаётся туманной: часть обвиняемых пошла на сделки с прокуратурой, процессуальные споры затянулись, а политическая воля к его продвижению в Джорджии заметно ослабла. Многие юристы полагают, что реального судебного процесса над Трампом по этому делу не будет, пока он занимает президентское кресло.

Гражданские иски — другая категория. Решение по делу о мошенничестве в Нью-Йорке, вынесенное ещё в 2024 году, обязало Трампа выплатить крупный штраф. Апелляционные процессы продолжаются. Дело Э. Джин Кэрролл, по которому Трамп был признан виновным в сексуальном насилии и клевете, также находится в стадии апелляции относительно размера компенсации. Эти гражданские разбирательства не могут посадить Трампа в тюрьму, но они продолжают создавать финансовое и репутационное давление.

Отдельного внимания заслуживает вопрос президентского иммунитета. Решение Верховного суда 2024 года, признавшее широкий иммунитет президента за официальные действия, стало ключевым щитом для Трампа. Именно на него ссылаются его адвокаты в большинстве оставшихся разбирательств.

Что касается нью-йоркского уголовного дела о фальсификации деловых документов — единственного, по которому Трамп был осуждён до возвращения в Белый дом, — суд в итоге вынес условный приговор без лишения свободы. Апелляция продолжается. Это дело стало историческим: впервые в американской истории действующий президент является осуждённым преступником. Трамп, впрочем, называет весь этот процесс «охотой на ведьм» и использует его как политический актив, а не как обузу.

Внутренняя политика: что Трамп делает со страной в 2026-м

Если отвлечься от судов и посмотреть на то, что происходит внутри страны, картина получается не менее насыщенной. Трамп второго срока действует быстрее и жёстче, чем в первый раз — он сам об этом говорил открыто ещё в ходе предвыборной кампании.

Иммиграция остаётся главным полем битвы. С первых дней второго срока администрация запустила масштабные депортационные операции, ужесточила правила предоставления убежища и продолжила строительство пограничной инфраструктуры. К июлю 2026 года число задержаний на южной границе действительно снизилось по сравнению с пиковыми показателями 2023–2024 годов — это администрация ставит себе в заслугу. Критики, однако, указывают на гуманитарные последствия: разлучённые семьи, переполненные центры содержания, депортации людей, прожившихся в США десятилетиями.

Экономика и тарифы — ещё один фронт. Трамп вернулся к агрессивной торговой политике: тарифы на китайские товары были повышены снова, введены новые ограничения на импорт из ряда стран. Внутри страны это вызвало смешанную реакцию: производители в ряде секторов выиграли, потребители столкнулись с ростом цен на некоторые категории товаров. Инфляция в США к середине 2026 года остаётся умеренной, но не нулевой, и экономисты расходятся во мнениях о том, насколько тарифная политика Трампа в этом виновата.

Отношения с Конгрессом — отдельная тема. Республиканцы сохраняют большинство в обеих палатах, что теоретически должно облегчать Трампу жизнь. На практике всё сложнее: внутри партии есть фракции, которые не во всём согласны с президентом, а некоторые законодательные инициативы застревают в процессе согласования. Демократы в оппозиции используют каждую возможность для публичной критики, но реальных инструментов блокирования у них немного.

Кадровые перестановки в администрации продолжаются — это, пожалуй, одна из констант трамповского стиля управления. К июлю 2026 года несколько ключевых позиций сменили владельцев. Трамп традиционно объясняет это поиском «лучших людей», критики видят в этом хаотичность и нестабильность.

«Трамп управляет страной так же, как управлял своим бизнесом — через постоянное давление, публичные конфликты и готовность уволить любого, кто не вписывается в текущую повестку. Это создаёт энергию, но и огромную нестабильность».

Отдельно стоит упомянуть так называемый «Проект 2025» — набор консервативных реформ, который Трамп в ходе кампании формально дистанцировался, но многие элементы которого так или иначе реализуются. Речь идёт о реструктуризации федеральных агентств, сокращении государственного аппарата, изменениях в системе гражданской службы. Эти процессы идут тихо, без громких заголовков, но их последствия могут оказаться долгосрочными.

Международная повестка: Украина, Китай, НАТО и всё остальное

Внешняя политика Трампа во втором сроке — это постоянное балансирование между изоляционистскими инстинктами и реальностью, в которой США остаются глобальной державой с глобальными обязательствами.

Украина — тема, которая не уходит с повестки. Трамп с самого начала второго срока обещал быстро завершить войну. Реальность оказалась сложнее. К июлю 2026 года конфликт продолжается, хотя его интенсивность и конфигурация изменились. Американская военная помощь Украине была существенно сокращена по сравнению с периодом администрации Байдена. Дипломатические контакты между Вашингтоном, Москвой и Киевом ведутся — их детали остаются непрозрачными, что само по себе вызывает тревогу у европейских союзников. Украина настаивает на том, что любое урегулирование должно учитывать её суверенитет и территориальную целостность. Россия придерживается своих позиций. Трамп говорит, что «работает над этим».

Китай — главный стратегический соперник, и здесь отношения остаются напряжёнными, несмотря на периодические попытки диалога. Торговое противостояние продолжается. Тайваньский вопрос никуда не делся. Американо-китайские отношения в июле 2026 года можно охарактеризовать как управляемую конкуренцию — обе стороны понимают риски открытой конфронтации, но и на реальное сближение не идут.

НАТО — отдельная головная боль для европейцев. Трамп снова поднял тему финансирования альянса, снова потребовал от европейских членов увеличить оборонные расходы, снова высказался в духе «почему американские налогоплательщики должны защищать богатую Европу». Европейские лидеры реагируют по-разному: одни пытаются выстроить диалог, другие ускоряют создание собственных оборонных механизмов, не завязанных на Вашингтон. Формально НАТО существует и функционирует. Но доверие — вещь хрупкая.

Ближний Восток остаётся зоной повышенного внимания. Отношения с Израилем традиционно тёплые для Трампа, хотя ситуация в регионе остаётся нестабильной. Иранская ядерная программа — постоянный источник напряжения. Переговоры идут, результаты пока неочевидны.

Рейтинги и то, как американцы воспринимают Трампа сейчас

Середина президентского срока — традиционно непростое время для любого президента. Трамп в этом смысле не исключение, хотя его рейтинги всегда были менее подвижны, чем у большинства предшественников: у него есть очень лояльная база, которая практически не реагирует на негативные новости, и есть устойчивая группа противников, которых ничто не убедит.

По данным опросов, которые проводились в первой половине 2026 года, рейтинг одобрения Трампа колеблется в диапазоне 42–46%. Это примерно соответствует его историческим показателям. Среди республиканцев поддержка остаётся высокой — порядка 85–88%. Среди независимых избирателей картина сложнее: здесь мнения разделились примерно поровну, и именно эта группа будет ключевой на промежуточных выборах.

Демократы используют каждую возможность для атаки — судебные дела, экономические показатели, международную политику. Медиа-пространство остаётся глубоко поляризованным: Fox News и консервативные издания рисуют одну картину, CNN, MSNBC и либеральная пресса — совершенно другую. Трамп умело использует эту поляризацию, позиционируя себя как человека, которого «система» пытается уничтожить.

«Его электоральная база не уменьшается, потому что для неё Трамп — это не просто политик, это символ противостояния элитам. Судебные дела только укрепляют этот нарратив».

Интересно, что экономическое восприятие — традиционно главный фактор президентских рейтингов — в случае Трампа работает нестандартно. Даже когда экономические показатели неоднозначны, его сторонники склонны объяснять проблемы внешними факторами, а не политикой президента. Это создаёт своеобразный иммунитет от стандартных электоральных механизмов.

Что ждать до конца 2026 года

Вторая половина 2026-го обещает быть не менее насыщенной. Несколько ключевых направлений заслуживают внимания.

Промежуточные выборы в Конгресс пройдут в ноябре 2026 года. Это всегда момент истины для действующего президента — исторически партия президента теряет места в Конгрессе на промежуточных выборах. Если республиканцы потеряют большинство в одной или обеих палатах, это существенно изменит расклад сил и ограничит возможности Трампа в последние два года срока. Если удержат — он получит мандат на продолжение курса.

Судебные разбирательства продолжатся. Апелляции по гражданским делам будут двигаться через суды. Ситуация с делом в Джорджии может измениться — в ту или иную сторону. Вопрос о том, что произойдёт с уголовными делами после окончания президентского срока в 2029 году, уже сейчас обсуждается в юридическом сообществе.

Внешнеполитическая повестка будет определяться прежде всего ситуацией на Украине и американо-китайскими отношениями. Любой прорыв или, напротив, обострение в этих двух точках немедленно скажется на внутриполитическом положении Трампа.

Экономика — главная переменная. Если инфляция останется под контролем, рынок труда будет стабильным, а рецессии удастся избежать, Трамп войдёт в предвыборный сезон 2028 года (когда он уже не сможет баллотироваться) с позиции силы. Если экономика забуксует — это изменит всё.

Наконец, вопрос о преемнике. Трамп не может баллотироваться на третий срок. Это означает, что уже сейчас внутри Республиканской партии идёт скрытая борьба за то, кто станет следующим знаменем консерватизма. Трамп пока не обозначил явных предпочтений, но его влияние на этот процесс будет огромным.

Июль 2026-го — это не финал и не начало. Это середина очень длинной истории, которая ещё далеко не написана. Трамп остаётся самой обсуждаемой, самой противоречивой и, пожалуй, самой непредсказуемой фигурой в мировой политике. Следить за ним скучно не бывает — это можно утверждать с уверенностью.